Таннер не спешил отвечать. Он смотрел. Шло время, и смерчи увеличивались в размере.

– Они приближаются, – наконец сказал он. – Я не собираюсь торчать на месте, словно подсадная утка. Я хочу иметь свободу маневра. Пойду на них.

– По-моему, это ошибка.

– Тебя никто не спрашивает, мистер. Но если б у тебя башка варила, ты бы сделал то же самое.

– Учти – я держу тебя на прицеле, Таннер.

– Ты не станешь стрелять, – ведь я могу быть прав. Кроме того, со мной Грег.

Наступила тишина, прерываемая шумом помех, потом голос произнес:

– Твоя взяла, Черт, иди.

– Я дам осветительную ракету, когда выскочу на ту сторону, – отозвался Таннер. – Как увидите, трогайтесь.

Таннер выключил рацию и посмотрел вперед, на раздувшиеся черные колонны.

– Ну, поехали, – сказал он, включая фары на полную яркость. – Пристегнись, парень.

Машина двинулась.

Покачивающиеся колонны росли на глазах, и теперь слышался резкий звенящий звук, свирепый хор голосов.

Таннер прошел первую в ярдах в трехстах и взял влево, чтобы объехать воронку прямо по ходу. На смену ей выросла другая, и он снова принял влево. Впереди открылся проход, и Таннер устремился меж двух черных как смоль столбов. Уши заложило, руль едва не вырвало из рук. Он резко взял вправо и, набирая скорость, проскочил мимо еще одного столба, который мгновение спустя прошел у него за спиной.

Таннер тяжело выдохнул и повернул налево. Его окружали четыре воронки. Две пообок слились с пронзительным визгом и двинулись прочь. Пересекая его путь, слева направо неслась другая воронка, и он резко затормозил, так что ремень врезался в грудь. Передок машины оторвался от земли, но уже через миг, отпущенный, тяжело упал.

Таннер вдавил педаль газа в пол, проскочил между последними столбами, и все осталось позади.

Он проехал еще с четверть мили, поднялся на небольшой холм, развернулся и остановил машину.